Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

Оглавление журнала.

Оглавление журнала.

.
Данный блог ведется о действиях 166 бригады в Чечне в период 1995-1996 г.
.
.
Краткая хронология действий бригады. Указываем примерную хронологию, некоторые даты могут быть ошибочными. Так же удобно пользоваться как оглавлением журнала, так как информация что у нас имеется по каким либо событиям, выделена тэгом, где можно прочесть всю информацию что у нас есть по данным событиям.
.
.
Полный перечень тэгов нашего блога по ссылке.
.
.
Так же в блоге мы публикуем сторонние материалы, фильм "Чистилище" военнослужащие "Бешеной разведроты" в котором послужили прообразами одних из главных героев. А так же прообразы военнослужащих что были засняты на видео "Ад" Невзорова и максимально полный разбор этого видео.
.
.
Военнослужащие 166 ОМСБР что принимали участие в боевых действиях в Чечне, и желающих поделится деталями, найти своих сослуживцев пишите на этот электронный почтовый адрес:
Новый: 166-omsbr@mail.ru

Старый: aventure565@gmail.com
166 ОМСБР.
166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

Кирилл "Историк".

Кирилл "Историк.
.
.
.
.
Родился в семье потомственных военнослужащих. Отучился в Рязанском высшем училище связи имени маршала Захарова с 1989 по 1993 г.. В свои двадцать один год, я уже был лейтенантом. В 93-94 г. служил под Смоленском в стационарном узле связи. В связи с тем, что Советский Союз распался, надобность в этом узле связи пропала, так как он был у границы с Белоруссией и базу законсервировали. Я перевелся служить в третий отдельный полк связи первой танковой армии, только что выведенной из Германии. Когда её вывели, она была переведена в первую общевойсковую армию. С нашего полка постоянно ездили в командировки в 201 дивизию, в Таджикистан. С началом военной компании в Чечне прикомандировывались к 245 Нижегородскому полку и 166 Тверскую бригаду.
.

.
.
В Чечню в первый раз меня хотели отправить в январе 1995 г. В Мулино уже формировался 245 полк. Я уже собрался, поехал на поезде в Нижний Новгород, с собою повезли все свое оборудование и оружие. Нас там встретили с сформировали полк. Была суматоха и неразбериха: со всей страны прилетали борта с срочниками, с Сибири и Дальнего востока. Меня определили в роту связи 245 полка. Потом оказалось, что на мою должность приехало сразу два человека. У него фамилия была на И, а у меня на С. Поэтому он был выше по списку и взяли его, а меня оставили на боевое слаживание. Выкинули нас в чистое поле в 30 градусный мороз. Но мы выполни свою задачу налаживания исправности связи полка. Я обучал срочников и ремонтировал в БМПшках радиосвязь. Был там вплоть до погрузки на эшелоны. При мне там и танки и грузовики с платформ падали. После чего вернулся обратно в свой полк в Смоленске. Оттуда начали отправлять офицеров в 166 ОМСБр. В первую волну я не попал. Уехал мой ротный на должность помощника начальника связи по засекреченной аппаратуре связи (ПНШ по ЗАС). Летом мне дали звание старшего лейтенанта. Следующая отправка была через 3 месяца в октябре 1995 г. Нас с августа начали готовить, и я снова собрал чемоданы. У меня было четыре огромных сумки,за что меня материли, так как там только одного сала было восемь килограммов, сумка черного хлеба, магнитофон двухкассетник. Со Смоленска в Москву мы поехали обычным пассажирским поездом, провожали нас с оркестром. Жену перед отъездом я отправил к маме в Саратов. Подруга не успела проводить, говорит стояла и рыдала вслед поезда под звуки оркестра. В Москве пересели на состав Москва – Грозный. Всю дорогу ехали и бухали. Когда переехали границу Чечни, то увидели блокпосты и бронепоезда. Так бы мы и ехали до самого Грозного, если бы наши рожи не увидели в Ханкале. Встречал меня мой ротный, которого я должен был замещать тоже на три месяца. Посадили меня на БТР и под вечер в колонне поехали в бригаду. Уже в потемках мы заехали в пункт временной дислокации бригады. Так ,в свои 23 года, я оказался на войне. Встретили нас хорошо, выпили с офицерами. На следующее утро, я начал принимать оборудование, по номерам сверять, принимать документы. Дня три принимал.
.

.

.
.
Принялся устанавливать засекреченную аппаратуру связи (ЗАС) «Историк» на технику. Часть машин уже была ими оборудована, мне осталось смонтировать порядка сотни комплектов в технике к ранцевым радиостанциям Р-159, связисту командира разведроты, радистам командиров батальонов, иногда вплоть до ротного радиста и на отдельные блокпосты. Заняло все это дело порядка месяца . Смену ключевых документов.
Первый выезд был примерно через неделю, сказали: « Вон БМП стоит с разведчиками, надо ехать в Аргунское ущелье на блокпост». С ним была плохая связь, и надо было сделать «антенну бегущей волны». Один раз пришлось ехать ночью в дивизион «Градов», у них слетели ключи на оборудовании, а по открытым каналам связи они не работали никогда, потому что целеуказания получали с Ханкалы. Поэтому посреди ночи за мною срочно был выслан Камаз. Только ввел ключи и минут через пять дивизион полным составом дал залп.
.

.
.
Чувства страха у меня как то не было, мне было лень таскать автомат и на выезды в дальнейшем я брал из личного оружия только одну гранату. Поехал на Гойтенкорт на БМП-1 с двумя солдатами. Спрашиваю6 « А где у вас наводчик-оператор?» А мне говорят: «А на*уй он нужен? Если пушка все равно не работает». Когда выехали с расположения, то оказалось еще и разъем на радиостанции отвалился, получается поехали безоружные и без связи, с тремя автоматами и я с гранатой. Приехали, я устранил там проблему со связью, перекрестились и поехали обратно в часть.
Ездил при сопровождении колон, иногда в качестве авианаводчика. Обеспечивал связь рейдовому отряду весной 1996 г., вплоть до занятия Белгатоя, оттуда вертушкой улетел в бригаду - за полтора месяца моего отсутствия, в ПВД бригады накопилась куча дел.
.

.
.
С призывом контрактников расцвело воровство. У меня кроссы и берцы увели, в валенках по грязи лазил. Провели полное построение батальона и пока все в строю стояли, начали мы шмон в палатках. На улице по колено грязи, в палатках чистота. Разулись. Поднимаю нары, а там склад боеприпасов, ВОГи втоптанные, гранаты, магазины, тряпье. Выдергиваю из засохшей грязи ргд-5, а рычаг остается в грязи. Ступор - она не щелкнула, народ как ветром сдуло из палатки. Стою, жизнь вспоминаю, потом положил ее родимую на нары и как был разутый прыжком на улицу. Приходят саперы: «Пошли, родной, обратно, показывать будешь». Пришлось идти. Вынесли ее аккуратно, как генсека на похоронах, положили в ров, подложили шашку и взорвали. Спасибо Чеченской всепроникающей и цементирующей грязи. Шел обычный зимний день в пункте временной дислокации. А кроссовки в другой палатке нашли.
.
В дальнейшем у меня было еще четыре командировки в Чечню. Встретил три новых года и два раза день рождения. Но уже в подразделениях МВД. В предпоследней командировке, 14 апреля 2002 года, Урал, на котором я ехал подорвался на фугасе, после чего начался обстрел со стрелкового оружия. По рации связался с Ханкалой и доложил о случившемся. После чего связался с
348 БОН ВВ и вызвал бронегруппу. После чего мы вытащили раненых ребят с Урала, а водителя вытащить не смогли, так как ему зажало ноги, и в дальнейшем он сгорел в машине.
.
.
.
.

Кирил "Историк". 166 ОМСБр. Чечня.
166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

Камышанов Андрей Викторович.

Камышанов Андрей Викторович.
.
.
.
.

Камышанов Андрей Викторович.
.
.

Наше отделение держало первый подъезд одной из девятиэтажки в районе «площади минутки». С вечера спустились на на второй и первые этажи. На третьем набили стекла и разбросали. Что бы было слышно, если вдруг кто пойдет. Ночь была весёлой. В доме было много проломов на крыше и т.д. По третьему этажу началось движение, но стрельбы в подъезде не было. Жутко было. Утром решили проверить. Прошли все этажи. Я в паре с Вовой Зайцем (контрактник-морпех). Андрей Камышанов с водителем КШМ-201 контрактником, ветераном Афганистана, на девятый поднялись, мы от лестницы направо, они налево.
.
Слышу Андрюха кричит и стрельба. Я встал и в это время меня Вова толкает и очередь в стену. Мы вдвоем тоже по очереди в него, дух лежит. Добили его. У него автомат 7.62 и документы Литовские. К Андрею подошёл, стонет, добить просит, что бы ни мучился, двенадцать пуль словил в упор в себя. Весь в крови, палец большой вырван на левой руке. Промидол ему, четыре шприца вколол.
.
Спустили, рядом с бмп начали оказывать помощь, пока перетягивали руку с верху (походу из окна этой же девяэтажки) ещё очередь прилетела как раз между мной и Андреем. Затащили его под движок БМП и уже там как смогли перевязали. Стрелка потом так и не нашли, где он спрятался.
.
Так получилось, потому что, когда осмотрели квартиру, то автоматы за спину убрали, шкаф открыл, а там боевик с автоматом. А водила с КШМки, сука, его бросил и убежал. У него автомат за спиной был, а когда убегал, пуля попала в карабинчик с ремнём. Андрюху спустили, кто потом с нами был не помню, погрузили Андрея в БМП, он еще в сознании был, и Вова его повёз. Я побежал искать механа, морду хотел ему разорвать. Офицеры не дали. А он потом хвалился синяком на спине.
.
Андрея Камышанова я нашёл потом в реквиеме погибших. В миномётке у него земляк был. Он был настоящий богатырь и человек с большой буквы, еще в окружение на обувной фабрике, был везде рядом со всеми, но чувствовал, что погибнет. В госпитале Бурденко он прожил еще 72 суток на одном сердце, все остальные органы были поражены. Он был разведчиком пулеметчиком взвода управления второго батальона. Экипаж БМП под номером 202.
 .
.
Камышанов Андрей Викторович рядовой, стрелок. Родился 28.08.1975 г. в селе Серафимовское Арзгирского района Ставропольского края. Окончил среднюю школу, курсы водителей школы РОСТО. В Вооруженных Силах Российской Федерации с 15.11.1993 г. Принимал участие в боевых действиях на территории Чеченской республики с декабря 1994 г. Получил многочисленные пулевые ранения в феврале 1995 г в г. Грозном. Скончался в госпитале 21.04.1995 г. Награжден Орденом Мужества. Похоронен в родном селе. В память об Александре, одна из улиц села Серафимовское названа его именем. На доме где он жил, установлена мемориальная доска.
.
.
166 ОМСБр. Чечня. Со слов сослуживцев Павла и Евгения.
166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

Мины для меня на тот момент были вообще «темный лес».

Мины для меня на тот момент были вообще «темный лес».
.
.
.
.
Срочную службу я служил в стройбате. Я там был постоянным дежурным на КПП. Я там прослужил два года и четыре месяца, потому что я сидел за защиту «белого дома в 1993 году, после чего нашу сводную роту арестовали. В 1994 г. я приехал домой, работа есть, денег вообще ноль. Какие то лимитки продуктами в счет заработной платы. Мне этого не надо, Мне 20 лет, я молодой парень. Мне хочется и за бабами сбегать и жить, а не существовать. А денег нет вообще! И тут по нашему местному Удомельском телевидению, говорят, требуются военнослужащие на служб по контракту в Кавказский регион. А с учетом того, что я в семье старший, и после меня еще пятеро. Две сестры и три брата. Им было лет по пять, по шесть, жрать они хотят, игрушки они хотят тоже. В школу деньги, опять же надо. Я подхожу к маме и говорю, мам, тут такое дело, давай я на Кавказ поеду по контракту. Мама у меня всегда была мудрая женщина, она сказала, Толя, это твой выбор. Решай сам. А тем более сидеть целыми днями дома, на картошке и на селедке, тоже как то настоебывает. И вот я поехал на Кавказ.
 .
Приехали в Ханкалу в июне 95 г. «Нас начали покупать» офицеры.  Водилы есть? Гранатометчики есть? И так забирают всех, а я стою неоткликиваюсь, потому что со стойбата, не чего такого делать не умею. У меня то военной специальности нет. И тут меня сзади кто то дергает за рукав. Поворачиваюсь, стоит какой то старлей, и улыбается, как будто родственника увидел, или друга. Я спрашиваю, что хотели? Он мне в ответ, пойдем, мы тебя уже определили. Отвечаю, ну ладно пойдем. Я и еще человек пять. Показывают технику, которую я видел только в фантастических фильмах. С какими то скрабами, с какими то ножами и еще чем то. Рядом у нас с палаткой, какой то блюющий пацан. Я у летёхи спрашиваю, а это что, как это, куда это? Мне в ответ, добро пожаловать в саперную роту. Я отвечаю, я не сапер, я стройбатовец. Он мне, жить хочешь? Отвечаю, ну так то да. Значит научишься всему. И на следующий день началось обучение. Выставили столы, на них кучу всяческих прибабахов, объясняют, это ставится так, это ставится так. Снимается так, взрывается так. Все поняли? Отвечаю, я ни хуя не понял. Он мне отвечает в процессе научишся. На что я ответил, и на том спасибо, товарищ капитан, ну хоть как то.  Мины для меня на тот момент были вообще «темный лес». Те ребята, что пошли со мною, сразу порвали контракты и уволились., контракт разорвали, уволились.

Нашим командиром был подполковник Степанов, Герой Советского Союза, ветеран Афганистана, большой Ас в саперном деле. В то время приехал подполковник Стрижков Вячеслав Николаевич «Фарада». Это не просто человек, о нем даже легенды в саперных войсках. Невероятно уникальный тип! Мне до него даже щас еще пыхтеть и пыхтеть если честно. Итальянская мина, с вакуумным взрывателем, он её смог разобрать, хотя по всей логистике, она не разбирается вообще не как. Её вообще трогать нельзя. Он её разобрал на наших глазах, вытащил от туда взрыватель. Потом обратно все это собрал и показал нам принцип действия этой мины. Когда он к нам приехал, мы всей ротой писали бумаги на имя командира части. Что мы с ним служить не хотим. Потому что мы его все возненавидели. Ставил очень строгие порядки в роте.
.
Стрижков почему то из всей банды выбрал меня. И звал меня «Доктором», я до сих пор не понимаю почему. Во время нашего первого с ним выезда, мы подорвались.  Ему пробило осколками мышцы насквозь, на ногах. А мне осколки попали в колено и в руку.  Он всегда хотел быть первым. В его последний выезд на разминирование 23 ноября 1995 г., мы тоже были вместе. Выехали в сторону Сержень Юрта. Со стороны танковой учебки под Шалями. Впереди ехал танк с «яйцами» на котором сидел Стрижков, а мы на «Урале» за ним. И там где был выезд на трассу, был не большой подъемчик насыпью. И рядом небольшая лужа с грязью постоянно, вот в этой луже и стояла мина. И когда эту лужу проезжал танк, то он её задел краем трала и она взорвалась, часть её осколков пошла в сторону танковой башни, на которой сидел Стрижков, ему осколок размером со спичечную головкупопал в левую переносицу и по носовым каналам пролетел в мозг. Мы только и успели вколоть ему в шею промидол, после чего он просто он сделал свой последний вдох. Если бы танк не придал газу во время подъема на насып, то скорее всего мина сработала бы под тралом. И Стрижков был бы жив. Мы его тело привезли в ПВД под Шалями. На следующий день, ночью, во время прощания с ним. Сидим мы в палатке с его телом, палатка на половину зарытая в землю, полог к которому снизу прибиты доски. Пьем чифир и слушаем музыку, трезвые. И от куда то порыв ветра резкий открывает полог, его еле оттянешь, он тяжелый, и ветра снова нет. Абсолютно звездная ночь, тихо. И ребята мне говорят, Толян, а это «Фарада» с тобою попрощаться пришел. С тех пор я его постоянно вспоминаю, он у меня как ангел-хранитель.
.
Вызывают нас в рембат. Едем, стоит палатка, так же врытая в землю, ни кого рядом нет. Нам говорят зайдите, посмотрите. Заходим с моим другом Женей «Китайцем». Смотрим, на нарах валяется граната Ф-1. Без кольца и без рычага! Просто лежит! Получилось так, пацаны по пьянее, кто то что то вздернул, и она так вывалилась, и не сработала. Я говорю, Жень что делать будем? Он мне, разминировать. На одеяле берем её, накручиваем на руки одеяло с обоих концов, подымаем и вытаскиваем в небольшой арык неподалеку.  Стоим, я говорю, Жень, доставай шашку, щас взрывать будем. Только я это сказал и она детонирует в арыке!
.
Потом сделал выводы. Взрыватель у ЗРГМ стандартный, когда с него срываешь кольцо, и когда она падает на взрыватель, а не на ребро, её просто заклинило. Ребятам просто повезло, что она так упала, случайно заблокировав свои действия, когда отщелкнулся рычаг.  А когда мы её положили в арык, она поменяла свою точку опоры с взрывателя.
.
Во время штурма Гойского с 8 на 9 мая 1996 г. Разведка сделала рейд и вернулась к остальному рейдовому отряду. Штурм был назначен на 6 часов утра, но в итоге его отменили на полчаса. У нас был новый начальник инженерной службы майор Макаров. На штурм пошли три роты пехоты, разделенные на три группы: центр и два фланга через открытое поле в полтора - два километра. Выкатились танки на огневые позиции, у нас в качестве целеуказания им - трасера. Роту по правому флангу вел сапер с нашей группы. Центральную группу вел Макаров, а левую группу вел я. Картина была следующая: ползет на животе по этому полю пехота и я сними во всей своей сбруе с толовыми шашками и миноискателем. Я полз честно, наверное, метров пятьдесят. Потом заебался. Следующие метров сто я полз уже на четвереньках. После чего я окончательно встаю в полный рост. За мною встали еще ребята. И со стороны это выглядит так: идут шестеро саперов в сторону Гойского, а сзади нас ползут по - пластунски три роты пехоты. Абсолютно абсурдная картина. И смех и грех. Гойское в итоге мы взяли.
.
Когда приехал с Чечни домой, уже как то дома все не то… После чего я поехал в Сербию, там отвоевал год.  Приехал домой, потом вторая Чечня, после которой я был дома двадцать один день. Потом сразу в Таджикистан. А потом горячая точка, была и Украина, два раза, но там мне не понравилось, там было не то, война за деньги. Был под Дебальцево, сопровождал гуманитарный конвой.
.
166ОМСБр. Чечня.Саперы.
166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

Небольшое дополнение к саье о 15 блокпосте.

Небольшое дополнение к саье о 15 блокпосте.
.
.
.
.
.
.
Фрагмент из газетной сатьи. Полносью статью дублирую у нас в ЖЖ ниже интересущих строк.
.
Матери, родственники погибших, оказавшиеся рядом на процессе, с изумлением для себя обнаружили, что их мужья и сыновья попали в плен при удивительно одинаковых обстоятельствах. 15-й блокпост, расположенный близ Шали, был взят в плен в полном составе без единого выстрела. Часовых сняли тихо. Видимо, знали пароль. Случилось это в ночь с 7 на 8 марта 1996 года. В плен тут попали 38 человек. Почти по тому же сценарию оказались в плену военнослужащие 63-го блокпоста под Шатоем - их забрали в 6.45 утра 14 декабря 1995 года. В конце декабря того же года оказались в плену столько же военнослужащих 32-го блокпоста. Во всех 3 случаях выстрелов не было, боевики знали пароль. А накануне военным было приказано не иметь при себе оружия. И эти весьма странные обстоятельства, думается, должны стать предметом особого внимания ФСБ...
.
.
.
.
.
Газетная сатья:
.
"ЛАГЕРЬ ДЛЯ ОБРЕЧЕННЫХ
Небольшой зал Северо-Кавказского окружного военного суда г. Ростова-на-Дону, казалось, насквозь пропах валерьянкой и корвалолом: потерпевшие, вспоминая о пережитом, нередко падали в обморок. Судья Владимир Гончаров несколько раз вынужден был объявлять перерывы. По делу признано потерпевшими около 40 человек - те, кто в течение 1995 -1997 годов прошел ад чеченского плена. Но точное число погибших от голода, истязаний и "просто" убитых установить практически невозможно. Оставшиеся в живых пленные, в розыске которых большую роль сыграли работники управления ФСБ по Свердловской области, свидетельствуют о таком, например, факте: только в одном из самых крупных лагерей Чечни содержалось одновременно около 160 человек. В живых осталось не более 50.
.
По свидетельствам незаконно удерживаемых, лагерь находился высоко в горах, близ селения Старый Ачхой. Содержали их в невероятно жутких условиях, за что лагерь был назван узниками "Освенцимом-2". В яму шириной около 2-3 метров и длиной около восьми загоняли на ночь до 150 человек. Тем, кто находился посередине, грозила смерть от удушья. Крайние, припертые к холодным земляным стенам, замерзали.
Недовольство пленных подавлялось самым жестоким образом. Одной фразы или стона было достаточно, чтобы тут же появлялся охранник с дубинкой, палкой или плетью. По многочисленным свидетельствам потерпевших, особенными зверствами отличались двое - Клочков и Лимонов.
.
ОТКУДА ТАКИЕ?
Биографии их во многом схожи. Руслан Клочков и Константин Лимонов (после принятия ислама получивший имя Казбек) родились в 1976 году, почти в одно и то же время были призваны в армию. Клочков до армии помогал родителям содержать подсобное хозяйство. В школе, как сказано в характеристике, особыми способностями не отличался, физически был развит слабо. Лимонов родом из Верхотурья - одного из красивейших поселков Свердловской области. Лимонов окончил ПТУ, получив документ о квалификации мастера сельского строительства. В характеристике отмечены скрытность, агрессивность характера. Он успел совершить однажды побег из рядов армии, как сам утверждает, по причине "неуставных взаимоотношений".
В уголовном деле имеются показания сержанта Еркина, который утром, 23 ноября 1995 года, не обнаружил двоих своих подчиненных. На месте не оказалось также автомата, гранатомета "Муха", некоторых боеприпасов и десяти гранат РГД-5. По версии следствия, они действовали по заранее намеченному плану. В части к тому времени вспомнили, что Клочков и Лимонов, общаясь с местными жителями, неоднократно высказывались, что война против боевиков - "неправедная". После гибели одного из сослуживцев друзья даже заявили: "Так ему и надо"...
.
На поиски сына в Чечню приехала мать Лимонова. В сентябре 1996 года она думала, что ей повезло больше других матерей: ее сына нашли, доставили для обмена. Он был от нее уже в нескольких шагах... Неожиданно Константин махнул ей: "Уходи, я остаюсь с ними". А вскоре по ЦТ прошел сюжет, где двое - Лимонов и Клочков заявили в кадре, что они приняли ислам и готовы сражаться на стороне боевиков.
И только на суде, состоявшемся недавно, из письменных и устных показаний потерпевших сложилась подлинная картина "Освенцима", где Лимонов и Клочков почти два года служили надзирателями. Свидетельские показания наводили ужас на сидевших в зале. Женщины, потерявшие сыновей и мужей, в нарушение строгого свидетельского протокола, не выдержав, кричали: "Палачи! Чтоб вам не жить!" Невозможно было разжать их онемевшие пальцы, вцепившиеся в прутья клетки.
.
"Я СВИДЕТЕЛЬСТВУЮ..."
По показаниям многих потерпевших, в лагере кормили так: один раз в день давали похлебку, состоявшую из воды без соли, ложки гороха или крупы. Практически не давали хлеба. При этом их заставляли рыть блиндажи, окопы, строить укрепления. Ослабевших, как правило, пристреливали или переставали кормить.
Из свидетельских показаний Александра Кандобарова: "Лимонов бил меня дважды. Ударом кулака в лицо один зуб выбил сразу, два других, расколовшись, выпали позже". Второй раз он же обутой в ботинок ногой ударил в пах и кулаком - в грудь. За то, что сорвал и съел несколько груш. После чеченского плена Александр стал инвалидом по многим заболеваниям. Тем не менее нашел в себе силы прибыть на суд: "Я приехал сюда, чтобы посмотреть этим палачам в глаза".
Свидетели, которых жизнь разбросала по разным уголкам России, утверждают, что издевались над пленными оба - и Клочков, и Лимонов. Но второй проходит по гораздо большему числу эпизодов. Его действия отличаются особенной жестокостью. В частности, ударом палки он проломил височную кость военнослужащему Александру Дудину. На глазах Дудина Лимонов и боевик по имени Иса избили пожилого строителя, который скончался на следующий день. Одного из пленных он толкнул на раскаленную печь только за то, что тот посмел возле нее погреться. Ожоги на теле бывшего узника видны до сих пор.
С января 1996 года, как свидетельствуют многие, Клочков и Лимонов стали усиленно изучать Коран, как и боевики, совершали молитвы пять раз в день, а потому их содержали в более приемлемых условиях, хорошо кормили. Никто не видел на их телах следов побоев. Но за эти "благодеяния" нужно было платить. Так боевики подвели своих подопечных к "серьезному испытанию"...
.
ИХ "ПОРОДНИЛ" ШТЫК-НОЖ
Это произошло в конце июня 1996 года. Утром Лимонов, Клочков, трое боевиков и украинский националист выкопали яму размером два метра на два и глубиной приблизительно 80 сантиметров. После обеда того же дня на автомобиле "УАЗ" они вывезли восьмерых пленных из лагеря, объявив, что их повезут на обмен. Всех (в основном это были военнослужащие срочной и контрактной службы) усадили в яму. Один из боевиков, которого в лагере знали под именем Джамбулат, подойдя сзади к одному из обреченных, привычным жестом левой руки заломил голову назад. Другой рукой с криком "Аллах акбар!" полоснул ножом по беззащитному горлу, из которого мощной струей хлынула кровь. Для этой "работы" он использовал старый фашистский штык-нож, неизвестно как оказавшийся у боевиков.
"Теперь ты", - передал он окровавленное орудие Лимонову. Тот заломил голову следующему обреченному и проделал то же самое. Клочков, украинский националист и трое боевиков также поучаствовали в этом злодеянии. Затем они забросали трупы землей и листьями. Записывавший впоследствии на видеопленку рассказ Лимонова об этом эпизоде сотрудник ФСБ спросил: "Яма для восьмерых была слишком небольшой. Когда вы уходили, земля еще шевелилась?" - "Да, шевелилась", - отводя глаза, ответил он.
.
"Теперь вы наши братья по крови", - похвалил Джамбулат Лимонова и Клочкова за "хорошо проделанную работу". На следующий день все повторилось. И вновь нож переходил из рук в руки, связывая в страшную кровавую цепь "верных сынов ислама" (какая уж тут "вера"?!) и их новоиспеченных "единоверцев". А шестнадцать семей в течение всего лишь двух суток лишились отца, мужа, брата, сына.
.
... После той казни Клочкову и Лимонову было оказано особое доверие: для несения дежурств им выделяли автоматы.
"Оборотни" не подозревали, что им таки придется держать ответ. Во время последнего слова и Клочков, и Лимонов просили судей быть снисходительными, учесть, что у обеих в семьях есть дети. "А вы наших детей пощадили?" - ответили им матери из зала суда...
.
Есть еще один момент, о котором не шла речь в рамках этого уголовного дела. Матери, родственники погибших, оказавшиеся рядом на процессе, с изумлением для себя обнаружили, что их мужья и сыновья попали в плен при удивительно одинаковых обстоятельствах. 15-й блокпост, расположенный близ Шали, был взят в плен в полном составе без единого выстрела. Часовых сняли тихо. Видимо, знали пароль. Случилось это в ночь с 7 на 8 марта 1996 года. В плен тут попали 38 человек. Почти по тому же сценарию оказались в плену военнослужащие 63-го блокпоста под Шатоем - их забрали в 6.45 утра 14 декабря 1995 года. В конце декабря того же года оказались в плену столько же военнослужащих 32-го блокпоста. Во всех 3 случаях выстрелов не было, боевики знали пароль. А накануне военным было приказано не иметь при себе оружия. И эти весьма странные обстоятельства, думается, должны стать предметом особого внимания ФСБ..."
.
Карамышева Людмила.
.
.
.
.
15 блокпост. Чечня.
166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

Два контрактника Ахполовых.

Два контрактника Ахполовых.
.
.166 бригада Чечня.jpg
Анатолий "Тоха" Ахполов .
.
.

Владимир Ахполов

.
Осенью 95 года, после Чечни, в село Грязновку Липецкой области, вернулся на время отпуска, контрактник Анатолий Ахполов. Вернулся, получив расчет, потому приехал не с пустыми руками, а закупился бытовой техникой, телевизором, видеомагнитофоном и т.п. Его родной брат, Владимир Ахполов, работал на тот момент в Липецке, на катке, укладывал асфальт. Видя что Толик при деньгах, и с такими покупками, семья Ахполовых была большой, восемь человек, по этому дома, толком не чего не было. По этому тоже, заинтересовался служить по контракту, и не долго думаю пошел по контракту в Чечню.
.
В Чечне Володя был не долго, с месяц. В ночь с 20 на 21 декабря 1995 года. Группа на БМП, в состав которой находился Владимир Ахполов, разместившись на броне и в десанте, выполняла патрулирование блок-постов. При возвращении машины с боевого дежурства в базовый лагерь, пьяный механик-водитель не справился с управлением, в результате чего машина перевернулась (возможно упала в ущелье). Все кто находились на броне, погибли. Хоронить на Родину Владимира Владимировича Ахполова привез Толя и сослуживцы разведчики.
Володя родился 9 октября 1974 года в Казахстане. В 1981 году семья переехала в село Грязновку Лебедянского района. Рос мальчик в многодетной, восемь человек, семье. В сентябре 1982 года был зачислен учащимся Грязновской восьмилетней школы. В 1985 году был переведён в школу-интернат №2 города Липецка. В 1988 году вернулся в 4-й класс Грязновской школы. Здесь закончил 9 классов. В 1990 году он поступил в СПТУ-31 города Лебедяни. Рос Владимир, как его характеризуют преподаватели, озорным мальчиком, учился слабо, но любил физический труд. Он с уважением относился к преподавателям, работал в совхозе села Грязновка. В 1994 (?) году был призван в армию.
.
Смерть брата на сильно повлияла на Толю, потому что он предложил брату на контракт в Чечню, И то что Володя так не долго был в Чечне и так нелепо погиб.
Толик образ жизни вел как кочевой, он такой, как в жопе мотор бы, пропадал, мог придти домой, потом снова исчезнуть. Возможно бл и во второй компании.
Последний раз я видел Толика, где то в 12 - 13 годах. Он в Липецке работал на заводе «Индезит», там ему с коллегами, дали квартиру на 4 человек. Я с ним встретился и пошли к нему в гости. Один из его сожителей, был тоже ветераном Чечни. И как бывает, за стаканом понеслось:
Тоха , сколько тебе надо времени, ты же разведчик, что бы всех нас положить?
Толя сидит, думает. Потом спрашивает, с ножом?
Парень отвечает: нет.
Толя: ну уже годы не те, минута!
.

.

.

.

.

.

"Тоха" и Сергей "Елка".

Владимир Ахполов.
.
Толик умер в октябре месяце 2015 г., я с армии пришел его похоронили. Тело нашли в вагончике, в морге сказали, что отравление этиловым спиртом. У Толика осталось две дочери.
От племянника Эдуарда и брата Виталика.
.
.

166 ОМСБР разведрота. Чечня.
166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

В дополнении к статье о дружеском огне 245 полка по танкам 166 бригады. 23 февраля 1995 г.

В дополнении к статье о дружеском огне 245 полка по танкам 166 бригады. 23 февраля 1995 г.
.
.
Наша первая статья по этому событию.
http://aventure56.livejournal.com/29633.html

.
Майор Олег Кураков, капитан Андрей Топорков и ефрейтор Игорь Филатов пали смертью храбрых 23 февраля 1995 г. Под Грозным в районе поселка Гикаловский. Колонна из четырех танков 166-й гвардейской мотострелковой бригады выдвинулись на боевое задание и совершенно неожиданно попала под обстрел боевиков.
.
«Мы стояли в трех километрах от этого места. Танки в которых находились ребята, взрывались на наших глазах, - как и подобает мужчине, майор запаса Анатолий Ярош скуп на эмоции и подробности. В бригаде служили отличные парни, настоящие профессионалы. Это была нелепая, неожиданная смерть, глупая, трагическая случайность. И мы не чем не могли помочь…»
Анатолий сам пришел к нам, в Тверскую «Комсомолку», принес фотографии погибших друзей. «Я давно читаю «Комсомольскую правду», мне очень нравится эта газета. Хочу поблагодарить её сотрудников за выпуск в 1995 году Книги Памяти воинов, погибших в первой Чеченской войне. В списках книги, есть мои друзья».
.
166-я гвардейская мотострелковая бригада уходила на ту войну из Твери, места её постоянной дислокации. Служба в нашем городе объединила тогда ребят из самых разных уголков страны. Олег Кураков был родом из Курска, Андрей Топорков из Ульяновска, на родной земле и похоронены. Игорь Филатов с 1985 г. Жил с семьей в деревни Вески Лихославского района, работал трактористом, в Чечню пошел служить по контракту. Все они посмертно награждены орденами Мужества.
.
Кстати, в той же танковой бригаде служил еще один наш известный земляк – Герой Советского Союза подполковник Илья Касьянов. Ту войну, как и Югославию, и Афганистан, он прошел, а вот вторую не смог, погиб.
.
Для бойцов 166-й мотострелковой бригады, кто остался в живых, для родных погибших в тот день ребят 23 февраля теперь на всегда останется Днем памяти защитников Отечества – их памяти.
.
Погибли ребята, на глазах у своих.
Всё кричало внутри, все тянуло в ту ночь.
Но не в силах мы были, чем-то помочь.
Наши танки рвались, наши танки горели.
А выручить их, мы не сумели?!
.
Эти стихи Анатолий Ярош написал после гибели своих друзей. И еще ободном нельзя не сказать. За две чеченские компании в этой горячей точке погибли 62 тверчанина, военнослужащих срочной службы. Вечная им всем память.
.

.

.
Анатолий Ярош.
Елена Ковалева.

166 омсбр, разведрота, 166 бригада, бешеная рота, чистилище

Константин Камруков фрагменты воспоминаний.

Эти воспоминания - о "первой" чеченской войне, какой увидел её я, рядовой-контрактник, Константин Камруков. Иллюстрации: кадры видео, отснятые мною с января по июнь 1996 г.
.
.
.

Константин Камруокв 166 бригада Чечня
.
.
Предисловие 1970-е - 1989 гг.
.
Война хороша, когда идёт за тысячи километров от твоего дома и при этом её можно увидеть в телевизионных новостях.
.
После работы, приняв горячий душ, сытно поужинав, запахнувшись в махровый халат, вы удобно усаживаетесь на мягкий диван, щёлкаете пультом управления телевизора и вот она - война: пыль танковых колонн, беглый огонь артиллерии, батальоны атакуют вражеские рубежи, высокоточное оружие бьёт прямо в цель..
.
А вы в неге и холе взираете на происходящее, прихлёбываете горячий ко-о-офэ и не отрывая задницы от мягких подушек уже ощущаете себя немного рэйнджэром. Такая война людям нравится, она слегка щекочет нервы, вносит разнообразие в тягучую череду будней, главное, в любую секунду её можно закончить лёгким движением пальца.
.
Щё-ёлк, хватит эмоций, пора баиньки. Вы укладываетесь в тёплую чистую постельку и спокойно засыпаете. В подобном формате локальные войны не тревожат абсолютное большинство людей.
.
После возвращения из Чечни друзья и знакомые периодически задавали мне один и тот же вопрос: "Зачем ты туда поехал?" Точного ответа я сам не знал и называл причины, казавшиеся убедительными. Потребовалось двенадцать лет, чтобы осмыслить произошедшее и прийти к выводам, раскрывающим истинные мотивы поступка. Причин было много, и сработали они по принципу критической массы. Атомная бомба взрывается при взаимодействии двух частей урана. Нечто подобное произошло и в моей жизни. Одним куском вступившим в реакцию был я сам, вторым - экономическая ситуация в стране.
Путь, приведший меня в Чечню, начался еще в детстве. Я родился через 21 год после окончания второй мировой войны. В тот момент, самым молодым участникам её не исполнилось и сорока лет. Эхо прошедшей войны почти ежедневно сопровождало меня, в фильмах, в книгах, в радиоспектаклях, в рассказах отца.
.
Когда мне было 5-7 лет, по радиостанции "Маяк" в послеобеденное время ещё регулярно выходила передача, в которой близкие родственники, потерявшиеся во время войны, разыскивали друг друга. Сообщения звучали примерно так: "Иванова Галина Фёдоровна ищет дочь Иванову Светлану Петровну 1938 года рождения, потерявшуюся 25-го июня 1941 года при эвакуации из города Смоленска во время бомбардировки железнодорожного эшелона"..
.
Эхо войны звучало в рассказах отца (в 1941-ом году ему было пять лет), как они с младшим братом пухли с голода. А однажды отец, побежал за бабочкой и потерял хлебные карточки всей семьи на целый месяц. Даже через 35 лет, вспоминая о том дне, отец хватался руками за голову и шёпотом говорил: "Это был тихий ужас!!!"
.
Необходимо также учесть, что моё детство и юность пришлись на разгар холодной войны, в которой СССР расходовал 80% ВВП, производя различные виды вооружений. 2/3 промышленности страны работало на оборону. В начале 80-х годов у меня было ощущение, что вот-вот должна начаться ядерная война. Государственная пропаганда голосила на полную катушку, проводя военно-патриотическое воспитание населения. Надо отдать ей должное, она очень качественно промыла мне мозги.
Я рос на книгах и фильмах о гражданской и Великой Отечественной войне. Игры со сверстниками были про войну. Семьдесят лет государство жило в милитаристском угаре и я угарал вместе с ним, абсолютно этого не сознавая детскими куриными мозгами. Скорее окончить школу и непременно пойти служить в армию — это был предел моих юношеских стремлений.
.
Когда до призыва на срочную службу оставалось года 3-4, по выходным я пристрастился к регулярному просмотру телепередачи "Служу Советскому Союзу", которая рассказывала юношам сказочки про жизнь Вооружённых Сил, а я трепетно внимал каждому слову ведущего).
.
Ура-патриотизм, на основе перевранной истории, в сочетании с детско-юношеской безмозглостью, дал требуемые результаты. Военные события, описанные в книгах и показанные в кино, были давно. И вдруг началась война в Афганистане. Мне очень хотелось туда попасть! Увидеть боевые действия собственными глазами, испытать себя на мужественность, проверить на прочность... Что может быть интереснее для юноши в 18-20 лет ?! Когда я служил срочную 1984-86гг, в Афгане шли напряженные боевые действия. Но я туда не попал. Детско-юношеские мечты не реализовались и внутри поселилась некая досада, неудовлетворенность.
.
Горящая в руках спичка не вызывает отрицательных эмоций, пока пламя не коснётся пальцев. Для молодых людей война - желанное явление, до тех пор, пока они не оказываются на ней. Сознание человека устроено таким образом, что если тело не получит опыт реальных физических, а душа моральных, страданий, оно - сознание, будет находиться в дремотном состоянии. Карабах, Абхазия, Приднестровье, тоже прошли стороной, поскольку в тот период я был занят делом: работал, учился. Жизнь складывалась удачно, я реализовывал поставленные цели.
.
А вот первая чеченская война совпала по времени с двумя кризисами: личным и государственным. На тот момент я уже достиг в общих чертах намеченных вершин, но климат на них оказался значительно суровее, чем я ожидал. Возникла острая необходимость в новых смыслах жизни. И в этот же момент обанкротилась советская модель экономики, развалился Советский Союз, в стране воцарился хаос.
.
Со школьной скамьи отец неустанно твердил мне, что я обязан, кровь из носа, получить высшее образование. С ним моя жизнь станет более интересной, динамичной и перспективной. "Получишь высшее образование и можешь работать хоть говночистом",— частенько повторял он. Но в том возрасте учёба для меня была сродни пытке. Школу я ненавидел всем своим существом и оценивал её, как ужасную каторгу, которую я терпел из последних сил. И опять учиться?! Это невозможно! Но отец поставил ультиматум: "Или получаешь высшее образование или вон из моего дома!".
.
В "новой" России. (1989 - 1995)
.
Два года я ни на минуту не мог отключиться от мыслей о работе.
.
С утра, едва выключив будильник, я начинал думать о бумагах <...>. Проглатывая завтрак и не замечая при этом вкуса пищи, я уже составлял примерный план дневных мероприятий.
.
Идя по улице прорабатывал нюансы действий. 10-12 часов на работе (за 8 часов всего сделать не успевал) как непрерывное боестолкновение - все время в напряжении: не допустить опечатки, вовремя сдать бумаги, ... и писанина, писанина, безбрежное море писанины. Все это приходилось делать быстро, шустро, энергично - иначе не успеешь, опоздаешь, пропустишь сроки. Возвращаясь с работы домой, находясь дома, я не замечал происходящего вокруг. Ни природы, ни погоды, ни людей, ни событий, ни запахов, ни вкусов.
.
Первоначально, в нерабочее время, я пытался забыть о производственных делах читая книги и газеты, однако из этого ничего не получалось; глаза бегали по тексту, но мозг его не воспринимал, он все ещё "сидел в кабинете".
.
Ложась спать я часто замечал, что мои мышцы непроизвольно напряжены, как у солдата срочника, в первые недели службы, когда он просыпается за несколько минут до утреннего построения и лежит в ожидании дикого крика дневального "Р-р-ота, подъё-ём!!!". Но и выспаться часто не удавалось, так как я жил вместе с братом, а у него был маленький ребёнок - моя племянница, она почти каждую ночь будила нас криками. Со звонком будильника кошмар начинался вновь, усиленный недосыпанием. Вскоре навалилась ещё одна проблема — развилась язва двенадцатипёрстной кишки. Она появилась у меня ещё в конце учёбы в ВУЗе (к госэкзаменам я готовился лёжа, так как в сидячем положении язва сильно болела). Но это я через полтора года узнал, что это язва (когда она скрутила меня в бараний рог), а тогда я всё надеялся, дескать, пройдет само.
.
Какой прекрасной была моя жизнь в прежние времена! Выключив будильник, я в первую очередь думал о том, какая на улице погода или вспоминал ночной сон. Вкушая завтрак, я ощущал вкус пищи, оценивал его. Идя по улице, наслаждался утренней тишиной, щебетом птичек, отмечал чистоту и свежесть вдыхаемого воздуха. А в конце дня, напрочь забыв о работе, неторопясь ужинал и спокойно принимался за чтение книги. Погружаясь в сон, думал о чём угодно, но не о работе.
Таким образом, психологические перегрузки, хроническое недосыпание, накопившаяся усталость и болезнь, высасывавшая последние силы, подвели меня к мысли о том, что необходимо заняться в жизни чем-то другим. Только чем заняться, когда кругом повальная безработица, предприятия стоят, а на тех, которые работают, не платят зарплату месяцами?
.
Но вот однажды, подсознание выдало внезапное решение — можно завербоваться контрактником в Чечню. Эта мысль пришла откуда-то извне, поскольку до того момента, как она возникла у меня в голове, я не прорабатывал вариант с Чечнёй.
Мысль вошла в меня без всякого усилия, легко и непринужденно, словно долгие годы жила вместе со мной. Чечня становилась для меня нишей, из которой можно было бы спокойно осмотреться в жизни. Я получал время для поисков нового жизненного пути, будучи избавлен от необходимости думать о пропитани, одежде, крыше над головой. Кроме того, воплощались в реальность мечтания детства и юности. Единственное, что мне не гарантировалась, это сама жизнь. Но за всё нужно платить. Однако я решил: лучше страшный конец, чем бесконечный ужас.
.
В то время меня не беспокоили такие понятия, как грязная война, коммерческая война - все войны для меня были виртуальными, абстрактными - не прочувствованными, не пережитыми. Более того, отчетливо помню, когда я вернулся домой после срочной службы, во время которой я только тем и занимался, что два года мыл полы, подметал асфальт, стоял в нарядах по роте, по кухне, по автопарку (за всю службу я выстрелил не более 30 патронов и бросил одну гранату), несмотря на столь мирную службу, по её окончании у меня возникло стойкое внутреннее ощущение, что если мне, как солдату, прикажут стрелять в кого-то, будь то вооруженный противник или безоружное население собственной страны, я нажму на спусковой крючок не задумываясь и с готовностью. Не знаю, как бы я вел себя на практике, но ощущение было именно такое. Откуда во мне могла взяться эта судорожная готовность к убийству?
.
После Чечни я анализировал своё внутреннее состояние времён срочной службы. Ведь я родился и воспитывался в интеллигентной семье, меня не подвергали телесным наказаниям, окружали любовь и забота, я не пил, не курил, не дружил с плохими мальчиками, много читал. Всё это длилось семнадцать лет. И всего за какие-нибудь два года я стал (как мне казалось) внутренне готов к бездумному убийству. Почему?
.
Каждый человек уверен в том, что он одно из самых лучших творений природы (с некоторым количеством малосущественных недостатков). Но попав в армию, юноша вдруг узнаёт, что он не венец творения, а тварь — в смысле гнида, которую следует уничтожать морально и физически. Вся армейская атмосфера построена именно на этой идее и всячески воплощает её в жизнь. В конечном счете, внутри молодого человека рождается умозаключение примерно следующего содержания: "Если даже Я(!) мразь, то что из себя представляют остальные? Если из Меня(!) делают пушечное мясо, стирают в лагерную пыль, то почему то же самое Мне нельзя сделать с другими? Почему Мне(!) должно быть плохо, а остальным хорошо? Нет уж, если плохо Мне(!), так пускай будет плохо всем". Внешне это выражается в готовности к жестокости и убийству. Хрупкая юношеская психика уродливо деформируется в условиях армейского скотства.
.
Вот примерно в таком внутреннем состоянии я вернулся со срочной службы в 1986-ом году. При этом необходимо подчеркнуть, что моя служба сложилась очень удачно. Я практически не испытал на себе проявлений дедовщины. Всего-то три-четыре удара по челюсти, да пара ударов в живот, и это за целых два года — не служба, а малина!
.
.
В наёмники! Лето 1995
.
Позвонил дежурному в райвоенкомат, узнал кто и когда занимается у них набором контрактников.
.
13 июня день был теплый и солнечный. Я пришел в указанный кабинет. В нём за столами, даже не столами, а школьными партами, сидели 3 или 4 женщины. Та, которая занималась набором контрактников, сидела слева у окна. Лицо у нее было немного треугольной формы - сужалось к подбородку, это придавало лицу выражение стеснительности. Кроме того, у нее немного шире обычного были открыты глаза. В совокупности создавалось впечатление, словно человеку неожиданно поручили какое-то сложное ответственное дело и она этим испугана, но пытается скрыть свое неловкое положение.
За вежливым "Присаживайтесь", — сразу последовало:
— Могу предложить вам службу в Северо-Кавказском Военном Округе.
Хотя было понятно о чём идёт речь, всё же я уточнил:
— Имеется ввиду Чечня?
— Да.
— Мои желания совпадают с вашими возможностями. Какие бумаги требуются для оформления?
Женщина продиктовала список необходимых справок. Затем я написал заявление военкому, с просьбой призвать меня на службу по контракту в горячую точку. Заявление было помещено в отдельную папку, на которой стали красоваться мои фамилия, имя и отчество (пока карандашом).
.
В конце беседы женщина пояснила, что поданное заявление меня ни к чему не обязывает, дескать, в любой момент я могу отказаться от сделанного шага. Я поблагодарил её за эту информацию, но заверил, что всё решил бесповоротно. Интонация женщины и выражение её лица, с которыми была произнесена фраза о необязательности идти до конца, на секунду зафиксировали моё внимание. В последующие посещения военкомата, когда я приносил порциями требуемые документы, фраза о том, что все собранные бумаги меня ни к чему не обязывают, неоднократно повторялась. Позже, как мне кажется, я понял психологическое состояние этой женщины: ей поручили работу, которой она стыдилась. Вероятно она считала, что если с теми людьми, которых она оформит в Чечню, что-то случится - она будет морально ответственна за это. Доступным способом она оказывала сопротивление той войне. Спасибо ей за эту, хоть и не способную ничего изменить, но гражданскую позицию!
Медкомиссия была успешно пройдена, необходимые справки собраны, оставалось только ждать повестки на убытие. Как мне сказали, по аналогии с предыдущими наборами меня должны побеспокоить недели через две, максимум три. В ожидании этого момента я уволился с работы. Когда подписывал обходной, коллеги всё интересовались, куда я ухожу и сколько там платят? Я уклончиво отвечал, что работа нормальная и платят хорошо, но даже понятия не имел о размерах денежных довольствий контрактников в Чечне. В военкомате мне тоже толком на этот вопрос не могли ответить. Главным было то, что я смогу начать новую жизнь.
.
После решения ехать в Чечню, я стал внимательно смотреть программы новостей по телеканалу НТВ (Гусинского). Они, как казалось (на месте это подтвердилось) наиболее объективно освещали войну в Чечне. Начало первой чеченской войны прошло мимо моего внимания, так как я был в рабочем чаду и на окружающие процессы не реагировал. Звучит неправдоподобно, но до принятия решения о вербовке, я даже толком не представлял, где находится Чечня. Раз Северный Кавказ, значит где-то на юге. Более того, мне почему-то казалось, что это одна из союзных республик (их ведь было 15, поди все упомни).
.
И когда в моё сознание иногда прорывались обрывки информации о непростой ситуаци в Чечне, я недоумевал, почему при развале СССР она сразу не отделилась? Но эти мысли были секундными, поскольку учёба и последующая работа заслоняли от меня всё окружающее и происходящее, просто не было времени что-либо узнавать, чем-то интересоваться. Пока я вербовался, произошли события в Буденновске и на пару месяцев в Чечне установилось затишье. Армия от активных наступательных действий перешла к реагированию на демарши чеченских моджахедов.
.
По простоте душевной я уж стал подумывать, что война вот-вот закончится. Наивный чукотский юноша! После возвращения из Чечни, я как-то услышал по радио информацию о том, что во время первой войны, чуть ли не все российские банки открыли там свои филиалы... И такую "прачечную" взять и закрыть из-за какого-то теракта?!! Это просто смешно!
14 августа процесс пошел. До этого я раз в неделю отзванивался в военкомат и узнавал, начался ли набор? В тот день, утром, женщина занимавшаяся вербовкой, сказала мне по телефону, что сегодня должна поступить кодограмма из министерства по поводу набора в Чечню и чтобы я перезвонил завтра, но уже собирал вещи. Рюкзак был собран давно. После обеда решил вздремнуть - дождь намечался, клонило в сон. Неожиданно меня разбудила сноха. Испуганно сказала, что ко мне пришли из военкомата.
.
Это оказалась женщина вербовщик. Она сообщила, что согласно кодограмме, контрактников необходимо направить на сборный пункт уже завтра, после обеда. Женщина опять повторила, что я ещё могу отказаться. Я поблагодарил её и на этом мы расстались до следующего дня. Вечером пришел с работы брат. Жена ему всё рассказала ещё в коридоре, так что мне не пришлось подбирать слов для объяснений. Я хотел поставить их в известность о своём решении перед самым отъездом, чтобы избежать лишних словопрений. Брат ворвался в мою комнату до крайности возмущенный и полный недоумения... После получасового переругивания тема была исчерпана.
.
15 августа. Утром в военкомате мне выписали проездное требование и выдали на руки папку с моим личным делом. Передавая бумаги, женщина вербовщик в последний раз повторила фразу о том, что я ещё волен отказаться. Я тепло поблагодарил её за заботу и двинулся в путь. Дорога моя лежала в Московский областной военкомат. Он находился в пяти минутах ходьбы от Красной Площади. Прибыв туда, я обнаружил, что желающих повоевать за отчизну со всей многомиллионной Московской области набралось всего двое - я и парень по имени Сергей. Нашу "группу" возглавил майор, который положил в свой портфель наши папки с личными делами и мы поехали на Курский вокзал. В тот период сборный пункт Московского Военного Округа, для отправляющихся в Чечню, находился в Нижнем Новгороде. Туда стекались контрактники со всех областей входящих в МВО: Московской, Тульской, Брянской, Костромской, Орловской, Тверской и т.д.
.
.
Сборный пункт — Нижний Новгород. Август 1995
.
До ближайшего поезда на Нижний Новгород оставалось ещё часов 5-6. Майор купил на всех билеты, после чего мы договорились в 23 часа встретиться у вокзала и на этом разошлись.
.
Я с Сергеем пошел бродить по окрестным улицам. В сквере перекусили захваченными из дома харчами. Стали друг друга расспрашивать о мотивах вербовки в Чечню. У моего собеседника это была вторая попытка попасть на войну. В первый раз он договорился со знакомым парнем ехать наёмниками в Югославию. Но в тот день, когда нужно было прийти в условленное место, Сергей проспал. Явился на пару часов позже. Оказалось, что все желающие уже убыли к месту назначения.
Помню, что Сергей объяснял своё желание участвовать в войне плохим материальным положением, отсутствием средств к существованию. Как я позже убедился, подобную версию излагали практически все контрактники. Но при более тесном общении зачастую вскрывались иные движущие силы.
.
По моим наблюдениям, доминирующей причиной погнавшей людей на эту войну была экономическая разруха, царившая тогда в стране. Если взять всех контрактников нашей бригады за 100%, то процентов 25 из них, это были нормальные парни, которые в условиях безработицы и повсеместной невыплаты зарплат на производстве не смогли заставить себя встать к рыночным лоткам или торговать газетами в электричках; а также горячая послеармейская молодёжь, с низкой трудовой квалификацией, не нашедшая себе места под солнцем.
.
70% являлись банальными алкоголиками, перед которыми на гражданке стояла жёсткая альтернатива: или собирать бутылки и бомжевать или воровать и грабить и садиться в тюрьму. Наверное процента три бежали в Чечню от семейных проблем, ну и пару процентов пытались таким образом скрыться от уголовной ответственности за совершенные преступления. Совсем ничтожную часть, считанные единицы, составляли солдаты удачи. Однажды приняв участие в локальном вооруженном конфликте, распробовав вкус риска, крови, шальных денег, боевого азарта, полной безнаказанности, они уже не могли спокойно жить в гражданской обстановке. Их тянуло на войну, где можно свободно стрелять, убивать, жечь, разрушать получая от этого внутреннее удовлетворение и зарплату, плюс сверху деньги от разбоев и грабежей. Подобные субъекты кочуют с войны на войну: Карабах, Абхазия, Чечня, Югославия, Афганистан и т.д. В Чечне мне довелось встретить двоих таких субчиков. Перед этим они воевали в Абхазии, где спокойно можно было убить ночью человека лишь за то, что он не показал паспорт.
.
Поздно ночью сели в плацкартный вагон поезда Москва - Нижний Новгород и тронулись в путь. Несколько соседних купе и боковых полок заняли солдаты срочной службы. С плохо скрываемой мальчишеской гордостью они, как бы небрежно информировали окружающих, что их везут на бойню в Чечню. От присутствующих они ждали бабьих охов и ахов, по поводу возможной их печальной участи - смерти в самом расцвете лет. Бойцы с деланной неохотой говорили, что их везут для комплектования бригады спецназначения быстрого развёртывания. Эти пацаны просто "тащились " от "крутых" спецназваний таинственной бригады. Позже, двоих «воинов» из той группы я встретил в нашей бригаде, они попали в комендантский взвод и до дембеля каждый день стояли на посту по охране ЦБУ (центр боевого управления) или просто штаба; в любую погоду с каской на голове и в тяжеленном (30кг) бронежилете.
.
Посетовав на свою горькую судьбу и не найдя у нас сочувствия, бойцы, не сильно таясь от своих командиров, раздавили на четверых бутылку водки, закусили свиной тушёнкой из армейского сухпайка; вытерли об оконную занавеску лезвие ножа, которое использвали вместо ложки и легли спать. Наша команда тоже улеглась.
.
Утром поезд прибыл в Нижний Новгород. Погода была пасмурная, зябкая. У привокзальной площади, на трамвайной остановке произошла встреча, которая надолго врезалась мне в память. Мы столкнулись с группой контрактников, человек десять, прибывших из Костромской области. Они держали курс в том же направлении, что и мы - на сборный пункт. Видос у этой группы был весьма броский. Одежда, лица и манеры поведения сильно контрастировали с окружающей толпой. Ну рваная одежда это понятно - призывники исстари так одеваются. Все, включая сопровождавшего майора, были сильно пьяны. Но самое колоритное - лица. Это было нечто! Создавалось впечатление, что группу бомжей, хронических алкоголиков и закоренелых уголовников только что взяли из камеры ближайшего приёмника-распределителя, щедро напоили водярой и отпустили.
.
Особенно мне запомнился один тип с черной копной свалявшихся волос, плоским лицом, вдавленной переносицей, глубок и близко посаженными глазами. Этот парниша явно должен был находиться в психоневрологическом диспансере, а не на площади, среди людей. Я окончательно выпал в осадок, когда этот типус почти полностью (!) засунул себе в ноздрю указательный палец и вдохновенно поковырял им у себя в голове. В тот момент я впервые пожалел, что затеял поездку в Чечню. Через несколько часов я должен буду стоять рядом с ним плечом к плечу или спать голова к голове, а в гражданской жизни я бы постарался не приближаться к этому человеку ближе, чем на две вытянутые руки.
.
Наш майор вступил в контакт с начальником костромичей, объяснил тому куда и как ехать. Костромич стоял, раскачиваясь, с тупым, отсутствующим выражением на лице. В конце наш майор посоветовал костромичам в таком виде в часть не ехать, а побыть несколько часов за городом и проветриться от водочных паров. Хмельной майор по-своему воспринял совет и предложил подопечным купить ещё бухла и поехать за город. В группе вспыхнул спор как лучше поступить, а мы втроём поскорее удалились.
.
Наконец прибыли в воинскую часть, служившую сборным пунктом. Во времена СССР там было расквартировано 5 полков (то есть порядка десяти тысяч человек). В 1995-м году в эту часть удалось набрать всего 25 человек срочников(!)
Возле одной из казарм нас встретил начальник сборов - капитан в бушлате и солдатских сапогах. Хотя он был молчалив, а взгляд у него был строгий и проницательный, но лицо приятное - волевое, мужественное. Оценивающе посмотрев на нас, он поинтересовался наличием в рюкзаках спиртного. Но обыскивать не стал и провел на второй этаж казармы. Мы вступили в гулкое, безлюдное сумрачное помещение, заставленное двухъярусными койками застеленными до боли знакомыми тёмно-синими шерстяными солдатскими одеялами с тремя черными полосами в ногах. Эхо шагов от грубых солдатских сапог, отдавалось в груди сосущей тоской воспоминаний о срочной службе. С этой минуты моя жизнь поделилась на "до" и "после".
..
.

Константин Камруков 166 ОМСБР Чечня.